В ЖЭКе номер пять он узнал, как надо красить. ЖЭК дал ему пусть небольшую, но постоянную зарплату и возможность иногда халтурить, постепенно отдавались долги, а «Жоржик», получавший после каждой халтурки какую-нибудь важную для себя железку, уже начал ездить. Лева иногда на нем «бомбил». Мама, наконец, успокоилась, видя, что сын занял пусть не ахти какое, но место в жизни. В следующие два года его жизнь была скучна, несмотря на то, что он постоянно менял место работы и профессии. Он был водителем грузовика, слесарем подвижного состава, строителем чьей-то дачи, дежурным того самого теплопункта, где раньше работал Нахалик...

Контуженный своей вины не отрицал: поняв, что Лева уже не знает, что делать со своей монтировкой, спокойно собрал с асфальта уцелевшие бутылки, сложил их в одну авоську и закинул через плечо:

- Ну, так получилось, прости!.. Починю я тебе фару...

За фарой поехали тотчас же. У Контуженного имелся железный гараж за городом, в массиве такого же никем не охраняемого железа. Машин и вообще ничего, представляющего хоть какую-нибудь ценность, в этих гаражах давно не было, так как все стОящее из них давно украли.

Кульбизеков уже месяц работал у Слона. Фирма называлась «Союз Милосердие»: у всех сотрудников, кроме Левы, имелись инвалидности разной степени, купленные Слоном оптом у знакомого эскулапа, соратника по тюрьмам, за пол-ящика коньяка. Эскулап уже имел две судимости за липовые больничные листы. Почти поголовная инвалидность фирмы позволяла не платить налоги. В Левиной трудовой книжке появилась запись: «директор», но директорской зарплаты Слон, которого так называли только за глаза, а при личном общении - Владом, ему не назначил. Впрочем, недиректорской - тоже. Лева был у него как бы на иждивении: когда у него в очередной раз кончались деньги, он подходил к Владу и говорил:

Отморозок был боец. По характеру, по призванию, по профессии. Еще в детском садике он, самый низкорослый и щуплый, был непобедим, потому что даже от проигранной драки получал удовольствие. Причем не столько от драки, сколько от прелюдии к ней. Когда драка уже в разгаре, он, как и все мы, испытывал злость, азарт, страстное желание убить противника, а потом еще долго глумиться над трупом, но это не приносило ему большой радости: сама драка была для него скорее работой. Даже победа была приятна ему не всегда, так как очень часто показывала, что противник был попросту недостоин его внимания. Его больше волновали ощущения перед боем: сложная смесь... страха и желания победить, надежды на то, что драки не случится, и жажды крови, решимости биться до смерти и стремления выжить...

Столько денег разом у Левы не было никогда. Проснувшись на следующее утро в офисе, он первым делом ощупал туго набитый карман: здесь они, родимые, добытые в самом настоящем бою. Вечером после победы он, конечно, пьянствовал, причем один. Все остальные его не поддержали и разошлись, спеша растащить по тумбочкам полученные гонорары. Рыжие исчезли самые первые, пока Слон не вспомнил, что и они кое-что заслужили. Лева был рад, что остался один: купив самую дорогую, какую только нашел, бутылку водки, булку хлеба, жареную курицу, копченую колбасу, томатный сок и шпроты; он все это вмял один, наслаждаясь тем, что можно жрать и не думать, сколько это стоит. Тогда же, вечером, он распланировал и ближайшие дни...
Отдых в королевстве Таиланд   Авторский блог Кирилла Аваева © 2012
Распространение контента разрешается только с личного разрешения автора