Третий день пути. Штиль, иду на моторе. Скука. Часов в десять решаю, что пора выпить. Может сложиться впечатление, что я - конченый алкаш. Это не совсем так. Просто на лодке в одиночном походе выпивка - практически единственное занятие, помогающее убить время. Представьте: целый день сидеть на жестком сиденье и рулить... Все места давно отсижены, на реку эту смотреть уже сил нет. А выпить на лодке в одиночку - целая процедура! Бросаю румпель и иду в каюту за бутылкой и стопариком. Пока хожу, лодка успевает уйти с курса, сажусь за румпель, подруливаю, опять иду в каюту за чем-нибудь съестным. Пока все принесу, порежу, налью, постоянно отвлекаясь на румпель - уже минут пятнадцать прошло. А когда выпьешь, можно и поболтать с умным человеком, а за разговором время летит быстрей...

За четыре дня похода вверх по Каме и три дня пути вниз я понял, что каждый последующий день на «Афере» сулит мне одно, но настоящее приключение. «Ни дня без приключений» - дело, конечно, хорошее, но что-то я начал от этого уставать. Кроме того, я понимал, что экипаж во всех этих происшествиях проявлял чудеса не только сообразительности, но и идиотизма, и до сих пор все заканчивалось хорошо благодаря непрекращающейся череде счастливых случайностей. Когда-нибудь она может и прерваться... Мне пришла мысль, что приключения надо придумывать самому - хорошие и безопасные. Например, сойти на берег и приготовить обед на костре. Это тянет на приключение, и в этот день ничего больше случиться уже не должно.

Наконец-то хорошо подуло. Становлюсь в левентик и пытаюсь поставить грот, но ликтрос попадает в ликпаз и там застревает. Так как загнал я его туда лебедкой, вытянуть обратно без нее мне не по силам. Рулю на моторе, парус просто полощется на ветру и не только не тянет, но и действует на нервы. Думаю, что с этим делать. Конечно, парус надо срочно убирать: я ведь на реке, она все время куда-нибудь поворачивает, мели, суда и прочее, а я с таким мешком вместо паруса могу идти только полным курсом. Но еще хуже то, что не идти не могу. Приношу из трюма резиновую киянку, стучу по ...

Набережные Челны. Подхожу к ним днем и планирую задержаться до утра. Во-первых, здесь последний разрешенный мне дяденькой Ощепковым шлюз, а в шлюз я пока еще люблю идти утром, опасаясь, что за ним будет узкая река с течением и не найдется хорошего места для ночевки. А во-вторых, карты мои кончаются на устье Вятки - через день пути после Набережных Челнов. На реке карт не найдешь, и я не собираюсь уходить отсюда, пока не добуду очередной альбом лоций.

Из Чистополя я точно не уйду без карт, тем более что атлас автодорог тоже кончился. Причаливаю к лодочной станции, на берегу - человек.
- Где мне найти дежурного по лодочной станции, начальника, сторожа?
- Я - сторож.
- Можно у вас постоять до завтра?
- Можно. Туалет - там, мусорка - там.
- Мне еще нужны лоции!
- Какие?
- Вниз...

Острая фаза кризиса миновала, на смену ей пришла хроническая. Я уже точно знаю: чем ходить одному, лучше всю жизнь сидеть дома. День за днем, с утра до ночи - мотор, купание, водка... Приключений не было слишком давно. Я чувствую, что за столь долгое спокойствие наградой должна быть настоящая беда. Что это будет? Скорее всего, конечно, шторм. Я уже почти две недели нахожусь в антициклоне; циклон должен быть уже где-то рядом вместе с атмосферным фронтом, который он гонит впереди себя. По два раза в день звоню диспетчерам, спрашиваю прогноз.

И вот, в завершение похода - звонок:
-Послушай, Киря! Вот ты две недели ходил, рулил, ставил паруса, тянул веревки... И все один... Руки не натер?..
-Да нет. У меня же отличные яхтенные перчатки. Фирма «Gill»!
А вот какой случай произошел на Каме, между швартовкой возле «Санодисси» и историей с макаронами. Несколько дней не мытый, не бритый, много пивший и мало спавший экипаж готовился к списанию на берег, прибираясь на лодке и одновременно сочиняя легенды о собственном героизме, когда вдруг в яхте появился запах…

Если после похода до Чермоза Ринат сказал, что за четыре дня произошло столько всего, что хватило бы на десять, если в моем одиночном плавании за пятнадцать дней руления все же что-то произошло, то о походе следующего года после месяца хождения по шлюзам вспомнить практически нечего. Мотор больше не то что не отпал – не заглох ни разу. Мелей были десятки, но теперь мы даже не лезли в воду, чтобы развернуть лодку: она, оказалось, отлично разворачивается сама при помощи поворота мотора и полного газа. Владимир на своей лодке с нами не пошел.

Описание природы - дело деликатное, тонкое. Скажу честно: я в этом не силен. Но, зная, что есть читатели, считающие, что если в произведении отсутствует описание природы, то это и не произведение вовсе, я постараюсь. Вот именно для таких.
В Каме есть рыба. В Волге - нет. На стоянке в Тетюшах спрашиваю у пареньков, стоящих с удочками:
- Что ловится?
- Ничего, - говорят, - Волга пустая. Тут недалеко есть озеро - там хорошая рыбалка. Платная.

Гальюн на «Афере» - тема, достойная отдельного рассказа. Основной эпизод этой темы произошел еще в «Камском» четырехдневном походе, но в силу кажущейся своей несерьезности, а также пикантности содержания не вошел ни в «Так она и поплывет», ни в «Альтернативу». Но, по мере движения по «Судовому ходу» эта история обросла подробностями, и я понял, что если глава «Все яхтсмены делают это» спокойно может существовать сама по себе как отдельный рассказ, то «Судовой ход» без этой главы просто немыслим...
Отдых в королевстве Таиланд   Авторский блог Кирилла Аваева © 2012-2020
Распространение контента разрешается только с личного разрешения автора