Поезд шел мимо Байкала. Точнее, не шел, а медленно про двигался вместе с нескончаемой очередью других поездов -пассажирских и товарных, проезжая несколько километров и снова останавливаясь. Дорога петляла, огибая сопки, и на ее изгибах и впереди, и сзади была видна бесконечная вереница составов. В одном купе с Борей Елиным ехали старушка, девушка и краснопогонный старший лейтенант. Старлей пытался девуш ку «склеить», но почему о молча. Он садился рядом с нею на диван и как бы случайно придвигался к ней, а она, читая книж ку, отодвигалась от него к окну, пока не оказывалась зажатой между стенкой, столиком и военным...

– Топлифо фот по этой труботьке попатает фот пот эту мем-пранотьку… – убаюкивал «Сказочник» с кафедры двигателей.
– Вы рождены убивать!.. – рычал «Железный Феликс» по авиационному оборудованию.
– В БВВАУЛ очень трудно поступить, но еще трудней его не закончить, – учил жизни «дядя Коля-Колбаса» – радиоэлектронщик.
– Те, кто не принимал сегодня радиотренаж, после занятий пойдут в туалет на третьем этаже и будут делать из него оазис! – воспитывал полковник Ростилов.

В Алейск для подготовки казармы к проживанию был заброшен десант: два десятка курсантов с молотками и пилами, среди них оказался Пылюк. Спали они все вместе на нескольких сдвинутых друг к дружке кроватях, навалив сверху все имевшееся в наличии теплое имущество – в конце апреля в нетопленой казарме холодно.
Дней через десять, когда половина десанта уже уехала в кал-манский лазарет с простудой, а остальные без бани и нормальной пищи стали вызывать жалость своим убогим видом, Игорь стал поэтом: как-то ночью, лежа под шинелью и трясясь от холода, он родил свои первые стихи:
Обещает быть весна долгой, Только я не доживу, знаю. Нас осталось человек восемь, Да и те уже помрут к маю.
Бьют дождинки по щекам впалым, Жить осталось нам совсем мало, Из последних сил поем песню, Помирать – так уж нам всем вместе

Первый инструктор, лейтенант Паша Брагин, стал для Бори второй любовью. Первой, понятно, были самолеты. Кроме Бори, у Паши в экипаже было еще шесть гавриков, которых ему предстояло научить летать. Паша был невысок, очень широк в плечах, из-за чего к нему еще с училища приклеилось прозвище «Паша-ящик». В понедельник утром от него обычно несло перегаром – у бедных курсантов просто слюнки текли, и хотелось стойко сносить тяготы и лишения военной службы, лишь бы поскорее стать офицерами и вот так же запросто приходить на службу, бравируя своим похмельем.

Полетов нет уже вторую неделю. Сперва несколько дней лил дождь, а потом установилась отличная погода, но вся вода стекла на аэродром, и теперь вместо него – огромное озеро. Дело в том, что сопло у «Элки» направлено не горизонтально, а немного вниз, и когда она рулит или взлетает, струя двигателя поднимает в воздух тучу пыли. За годы полетов с аэродрома было выдуто такое количество грунта, что некогда ровная поверхность превратилась в огромную чашу, и в ней после долгих дождей образовалось озеро по колено глубиной. Теперь целыми днями приходится таскать «волокуши» – пятиметровые обрезки рельсов с привязанными по краям длинными тросами. Несколько человек берутся за тросы и рельсом растаскивают воду и грязь из озера на уже сухое место – так аэродром быстрей просохнет.
Отдых в королевстве Таиланд   Авторский блог Кирилла Аваева © 2012
Распространение контента разрешается только с личного разрешения автора