ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ
Экономическая теория не порадовала. Согласно ей, рыночная экономика имеет немало противоречий. Но в их списке противоречия между ростом и возможностями среды выдержать этот рост не значится. Предлагаю им, этим противоречием, список дополнить. Таким образом, это будет «последнее противоречие рыночной экономики».
В любой работе по экономике, будь то учебник, «экономический бестселлер» или доклад министра экономики, непременно найдется пара абзацев или даже небольшая глава, посвященная проблемам экологии. Наличие этого обязательно, тогда как сама работа посвящена проблемам ускорения экономического роста, преодоления кризисных явлений в экономике и т. п. Так сказать, правило хорошего тона. Смысл всегда таков: задачей рыночной экономики является рост производства. Рост, несомненно, является благом, но при этом, к сожалению, производятся и вредные выбросы. Это – проблема. Вот и надо подумать, как, продолжая ускорять рост, уменьшить выбросы. Все остальные главы – о проблемах, встающих на пути роста, и о том, как их преодолеть. Последняя глава, как правило, о том, что должно получиться в результате. Типичный прогноз... Общество высокоинтеллектуальных людей, где блага создаются не в сфере индустриального производства, а в научной, информационной, высокотехнологичной. Неоэкономика, экономика знаний, цифровая экономика. Блага, многие века верой и правдой служившие человечеству в силу своих физических свойств, уходят на второй план, а определяющими становятся блага виртуальные. Блага становятся все более нематериальными. Зачатки этой новой экономики видны уже сегодня в развитых экономиках, и доля их постоянно растет. Вроде бы, все логично. Рыночная экономика сама, путем естественного своего развития, идет к несырьевому, неиндустриальному этапу, когда она легко примирится со средой, так как при интеллектуальной деятельности вредных выбросов не производится. Но для того, чтобы это будущее наступило, нужно сегодня побороться с вредными выбросами (смотри главу о выбросах). Сегодня, ну, может быть, еще и завтра. Конечно, не допустить войны, разобраться как-то с потеплением, с другими явными опасностями. А послезавтра интеллектуальный, экологически безвредный труд вытеснит все вредные производства, и проблем как не бывало. Ну и, как вишенка на торте, лучезарная улыбка Фрэнсиса Фукуямы и его «Теория единой цивилизации»:
- Либеральная демократия – конечная фаза развития.
- У либерализма не осталось никаких жизнеспособных альтернатив.
- Надо прекратить поиск более высоких форм общественного строя.
- Когда все страны придут к этому, наступит «конец истории». В смысле – хороший, счастливый конец.
Есть экономисты, утверждающие, что рост производства, физический рост, фактически уже закончился. А те проценты роста, которые регулярно высчитываются и публикуются, не что иное как результат системной ошибки, связанной с несовершенством существующей сегодня методики оценки экономических показателей. Все экономические расчеты отталкиваются от ВВП, а ВВП, даже оцененный в долларах по ППС, – инструмент слишком несовершенный.
Однако все эти оптимисты, строя радужные прогнозы, исходя из сегодняшних тенденций в области цифровых технологий, перехода развитых экономик к постиндустриальному этапу развития, когда действительно доля индустриального производства в экономике существенно снижается, растет значение науки, как производственной силы и т. п., совершенно игнорируют другие тенденции, противоречащие возможности естественного перехода рыночной экономики к такому этапу своего развития, когда она, продолжая свой рост, не будет входить в конфликт с возможностями среды этот рост выдержать:
1.Нематериальные блага в принципе не могут заменить материальные. В интернете нельзя ни поесть, ни попить, ни одеться – «ГУГЛом» сыт не будешь. Интеллектуал, производящий продукт, сидя за компьютером, не откажется от обеда, жилья, одежды, авто, путевки на курорт и всего прочего, материального. Наоборот, работая не лопатой и подняв свою производительность труда в денежном выражении с помощью новых технологий на новый уровень, повысит свое материальное потребление. И кто-то другой, может быть, в другой стране, работая, в том числе и лопатой, и производя при своей работе вредные выбросы, увеличит производство, стремясь обеспечить возросшие потребности интеллектуала, а обеспечив их, конечно же, получит возможность повысить и собственный уровень потребления.
2.Для производства нематериальных благ – виртуальных, цифровых, интеллектуальных ‒ необходимы вполне материальные средства производства: компьютеры, серверы, провода и т.д. Производство всего этого растет. Количество заводов по производству всего этого тоже растет.
Получается, что развитие цифровых технологий ведет к увеличению материального производства. Собственно говоря, цифровые технологии задумывались не для игр и соцсетей, а как раз для повышения производительности труда в обычном, материальном производстве. И в этом деле они не просто успешны, а превосходят все первоначальные ожидания.
3. Цифровая экономика требует производства колоссальной энергии. Пример, который присутствует почти в любой работе об экологии: за два сеанса поиска в «Гугле» на работу серверов расходуется столько же энергии, сколько при кипячении одного чайника. Неправильно подсчитано. Двух ‒ пока «Гугл» ищет, чайник тоже обычно включен.
4. В постиндустриальном обществе, где основная часть ВВП производится не в промышленном производстве, она производится в сфере услуг и финансов. Это что? Парикмахерские, юридические и букмейкерские конторы? Не только. Это еще и медицина, и автосервис, и многие другие услуги, требующие производства массы оборудования. Это и инвестпроекты, которые, в частности, развивают индустриальное производство в развивающихся странах. Доля индустриального производства в развитых экономиках неуклонно снижается, но не за счет уменьшения индустриального производства, а за счет увеличения производства в сфере услуг и финансов. А в развивающихся экономиках индустрия растет. Если в богатых станах практически устранены выбросы из дымовых труб, то посмотрите, что творится с этими выбросами в Индии и Китае, и не в последнюю очередь благодаря инвестициям из богатых стран.
5. Физический рост можно оценить не только с помощью «несовершенного» ВВП, есть и другие, «натуральные» показатели. Количество авто, квадратных метров жилья – общее и на душу населения. Добыча углеводородов и прочих ископаемых, производство энергии, сельхозпродукции, мяса, ботинок… Производство всего этого в мире растет не только в денежном, но и в количественном выражении
6. По мере перехода развитых экономик к постиндустриальной фазе, развивающиеся проходят индустриализацию, причем население там и больше, и растет оно быстрее.
7. Экономики развивающихся стран используют не только инвестиции из развитых, но и современные технологии, что существенно повышает производительность труда и, соответственно, производство, по сравнению с развитыми экономиками в соответствующий период их развития.
Вывод: развитие технологий и переход к неоэкономике не ведет к естественному прекращению физического роста и сглаживанию последнего противоречия. Напротив, это ведет к ускорению роста и обострению противоречий со средой.
Безусловным благом для сбережения среды и экономисты, и экологи, считают технический прогресс. Действительно, усовершенствование старых технологий, открытие и внедрение новых, вносит огромный вклад в примирение экономики со средой. Если продолжить эти тенденции в будущее, то можно предположить, что технологии будущего позволят сделать рост безвредным для среды.
